В Беларуси стартовала программа развития венчурной экосистемы AID-Venture. Факты и инсайды

16 November 2016
Александр Литвин
2187

О старте программы AID-Venture – совместного проекта группы компаний Bel.biz и партнёров  было объявлено на пресс-конференции в стартап-хабе Imaguru 16 ноября. Рассказываем о том, что это такое, почему важно, и с какой целью запускается.

Что произошло?

Консорциум партнёров из нескольких компаний выиграл тендер на развитие венчурной экосистемы в Беларуси. Программа AID-Venture рассчитана сроком на 5 лет, предполагаемый объём инвестирования – 2,5 млн долларов.

В реализации программы будут принимать участие:

• группа компаний Belbiz;

• юридическая фирма "Алейников и партнёры";

• международная образовательная программа для венчурных инвесторов Angel Labs;

• венчурный фонд 500 Startups.

Различные отраслевые эксперты будут оказывать консультационную поддержку. В их числе – заслуженный юрист Республики Беларусь Валерий Фадеев.

С какой целью?

Чтобы полноценно развивать экосистему венчурного финансирования, которое в программе трактуется достаточно широко: от ангельского инвестирования на предпосевной стадии до финансовой поддержки уже стабильно работающим проектам.

Глава представительства USAID в Беларуси Мэтью Самптер заметил, что доля частного сектора в ВВП Беларуси – одна из самых низких среди стран региона. Это затрудняет развитие технологий и понижает рыночную конкурентоспособность страны на международном рынке.

AID-Venture стартует со следующими целями:

• внедрять международные практики венчурного финансирования;

• учить игроков рынка принципам инвестирования и сопряжённым с ним рискам;

• обеспечивать профессиональный обмен с коллегами из Европы и США;

• развивать сообщество венчурных инвесторов Беларуси;

• содействовать в создании беларусского венчурного фонда (при наличии подходящих условий);

• помогать стартапам общаться с инвесторами, обучать проекты через акселераторы и другие форматы.

Почему это важно?

Во многих странах экосистемы венчурного и ангельского инвестирования – мощный драйвер развития экономики. Например, в США общая годовая прибыль стартапов (и крупных компаний-единорогов, выросших из них) составляет примерно 20% от ВВП страны.

Глава группы компаний Belbiz Татьяна Маринич заметила, что за последние 3 года стартапы, обучавшиеся в TechMinsk (преакселерационная программа), привлекли 7 млн долларов. Большая часть этих инвестиций поступила от инвесторов из-за границы. В то время как людей, которые могли бы стать ангельскими инвесторами, в Беларуси достаточно. Вопрос в их компетенциях и в том, будут ли они готовы вкладывать в стартапы, даже когда все законодательные барьеры будут устранены.

Комментируя недавнее создание венчурного фонда Haxus, основанного беларусами Юрием и Дмитрием Гурскими и Александром Чеканом на Кипре, Татьяна Маринич высоко оценила вклад, который в развитие экосистемы могут внести серийные предприниматели:

«У бизнес-ангелов, у которых было несколько успешных экзитов, есть средства и компетенции для того, чтобы инвестировать в технологические компании.

Но, к сожалению, они пока не могут открыть венчурный фонд в Беларуси: в законодательстве попросту отсутствуют многие важные понятия. Поэтому фонды создаются в других юрисдикциях, где существуют такие возможности».

Соучредитель юридической фирмы «Алейников и партнёры» Денис Алейников полагает, что программа AID-Venture должна закрутить воронку предпринимательства с новой силой:

«В России драйвером развития отрасли стали деньги. Фонды начали активно инвестировать в стартапы на предпосевной стадии – той самой, на которой 9 из 10 стартапов погибают. Государство решило, что готово сжигать деньги ради развития отрасли. Уже позже, когда появился круговорот денег и проектов, все увидели, каким должно быть законодательство, и стали менять его».

Российское законодательство во многом схоже с нашим, однако в вопросах венчурного финансирования несколько ушло вперёд. При этом там «государственная» модель финансирования стартапов предопределяет работу проекта на внутреннем рынке.

Беларусь – небольшая страна, и внутреннее потребление невелико, поэтому нам стоит ориентироваться преимущественно на глобальный рынок. Выбирать свою концепцию развития венчурного законодательства стоит на основе иностранного опыта – например, Израиля, Сингупура, и мнений игроков рынка.

Что будет сделано в ближайшее время?

В ближайшие месяцы эксперты опросят основных потенциальных игроков сектора венчурного финансирования в Беларуси: крупные IT-компании, международные фонды, органы власти, юридические компании, частные инвесторы. В начале 2017 года Bel.biz представит результаты этого исследования и «дорожную карту» реализации программы.

Средний чек при инвестировании бизнес-ангелов на предпосевной стадии в Европе – 20 000 евро, а расходы на юридическое обслуживание и операционное поддержание работы стартапа за рубежом для наших стартаперов велики. Даже небольшая трансформация национального корпоративного права под общепризнанные международными венчурными инвесторами стандарты создаст комфортные условия для работы инвесторов ранних стадий, что будет способствовать росту инвестиций и развитию венчурной среды в целом. Пока же, если сравнивать наше действующее законодательство в этой сфере даже с российским, мы проигрываем в конкуренции правовых систем.

Уже сегодня чувствуется недостаток в законодательстве таких базовых инструментов английского права, как «конвертируемый займ», «опционы работникам», «indemnities», «warranties» и пр. Некоторые из них уже имплементированы в гражданское право России, и при этом российский законодатель не останавливается – работа по имплементации продолжается.

Уже запущен сайт беларусской сети бизнес-ангелов. Предполагается, что он будет работать только на английском языке.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ