«Пока бизнес и наука работают отдельно»: Родион Морозов о будущем стартапов, учёных и безграмотности

22 September 2016
Александр Литвин
3018

Мы разделены. Огромная и перспективная отрасль инноваций раздроблена на обособленные части. ВУЗы, научные институты, стартап-хабы, акселераторы, бизнес, центры трансфера технологий – каждый сам по себе. Если мы хотим, чтобы экосистема развивалась, практику нужно менять. Как есть, и как должно быть? Рассуждаем с Родионом Морозовым, помощником директора Института бизнеса и менеджмента технологий БГУ.

– Родион, недавно Вы вернулись из поездки по штату Мичиган (в частности, Детройта) в рамках программы Community Connection. Как оцениваете её?

Темой нашей поездки была бизнес-инкубаторы, технопарки и акселераторы как инструмент развития инновационного бизнеса”. У многих участников из нашей группы возникал закономерный вопрос: “Почему по этой теме мы направляемся в Детройт, который полузаброшен и ассоциируется скорее с рэп-музыкой, а не с инновационным предпринимательством?”.

Постепенно мы приходили к ответу. Меня особенно впечатлила сформированная в Южном Мичигане предпринимательская экосистема, в которой и бизнес-инкубаторы, и, технопарки, и акселераторы, и венчурные фонды взаимодействуют между собой. В отличие от Минска, где разные игроки конкурируют между собой и поглядывают друг на друга с завистью, в Мичигане инкубаторы и акселлераторы – это не бизнес для каждого из них, а средство решения экономических и социальных проблем стоящих перед штатом. Поэтому доля финансирования такой инфраструктуры государством (на уровне страны и штата), корпорациями, фондами и успешными предпринимателями чрезвычайно высока. 

– Какой вклад вносят колледжи штата Мичиган (и США в целом) в развитие стартап-движения, предпринимательства и науки?

Американские университеты первыми в мире признали необходимость реализации не только образовательной и исследовательских миссий, но ещё и «предпринимательской». Речь идёт о прямом участии в социально-экономическом развитии региона. В наиболее развитых регионах, где уже не только исследования, а предпринимательская инициатива является фактором роста, в том числе и в США, университеты адаптировались к новым вызовам и превратились в «предпринимательские университеты».

Кремниевая долина, Route 128 в Бостоне, Остин в Техасе выросли во многом благодаря находящимся там университетам. Но и в остающем Мичигане в каждом университете, а то и на факультете, работает инкубатор или акселератор, в которых не просто на высоком уровне оказываются соответствующие услуги, но и устанавливаются связи с корпорациями, бизнес-ангелами, венчурными фондами. Они, в свою очередь, рассматривают университеты, как места, объединяющие передовые исследования, профессиональные компетенции, талант и предпринимательскую инициативу. Университеты и бизнес стараются говорить на одном языке и прислушиваться друг к другу, понимая что такое взаимодействие взыимовыгодно.

Университеты активно становятся и инвесторами, и соучредителями стартапов, продают лицензии и патенты и дают возможность своим сотрудникам и студентам реализовать предпринимательский потенциал в таких компаниях.

Такое направление развития дает возможность университетам повышать свою привлекательность в глазах поступающих и иметь дополнительный источник финансирования.

– Сравните, пожалуйста, американскую практику в этих вопросах с беларусским опытом. Что у нас лучше? А что «недотягивает»?

У нас подавляющее число университетских инициатив, связанных с предпринимательством, держались или держатся на отдельных инициативных людях, а не на системной работе, которая бы являлась частью стратегии университета. И это несмотря на то, что на государственном уровне была поставлена задача развития предпринимательства в университетах.

В силу особенностей постсоветской системы высшего образования и институциональных факторов содержание инкубатора или акселератора – это скорее дополнительные расходы и хлопоты, чем инструмент привлечения студентов и бизнеса. Во многом также к этому относится и бизнес, который пока не видит для себя выгод в краткосрочной перспективе

Нужно также отметить, что благодаря международным проектам и грантам в вузах начинает формироваться предпринимательская инфраструктура, но о ее устойчивом развитии можно будет судить по прошествии определенного времени.

– У многих наших читателей нет представления о том, чем реально в Беларуси занимаются центры трансфера технологий. Для чего они задуманы? Какую пользу приносят?

К сожалению, в наших реалиях центры трансфера технологий в университетах пока несправедливо не ассоциируются со стартапами. Даже если взглянуть на заявленные функции таких центров, складывается представление о том, что они…

• занимаются вопросами интеллектуальной собственности;

• содействуют внедрению университетских разработок на действующих крупных предприятиях

• исследуют рынки для реализации научно-технических разработок.

В перспективе же подобные структуры должны быть платформой и связующим звеном между бизнесом и академией или фактически выполнять функции «одного окна», в которое мог бы обращаться как бизнес (в том числе и малый) со своими запросами и идеями, так и студент или сотрудник университета с разработками. Последний сможет получить там консультации, деловые связи, доступ к ресурсам университета и партнеров и даже финансирование.

В Америке чаще всего в центрах трансфера технологий работают люди с опытом в бизнесе и консалтинге, которые больше осведомлены о том, что и как нужно бизнесу. Это позволяет университету и фирмам быстрее находить общий язык и формат сотрудничества, выгодный обеим сторонам. У нас же, как правило, в центрах трансфера технологий задействованы классические университетские работники.

– Бизнес и наука в Беларуси живут на разных полюсах? Насколько довольны сотрудничеством обе стороны?

Пока бизнес и наука работают отдельно. Есть желание и с той и другой стороны работать вместе, но напрямую получается плохо. Наука не понимает, что делать со своими результатами, чтобы они были интересны бизнесу.

Бизнес привык работать с проектами, имеющими коммерческую перспективу, которую в научных результатах не так-то просто определить. Поэтому спрос на серьезные научные разработки со стороны малых и средних предприятий невелик. Часто такие предприятия предпочитают или иметь в штате исследователей, или приглашать зарубежных консультантов, но не работать с белорусскими научными организациями и университетами.

Что касается крупных белорусских предприятий, то вполне успешное взаимодействие происходит рамках Государственных научно-технических программ. Так, осуществляется финансирование прикладных исследований и разработок, ведущих к созданию и усовершенствованию технологий, продукции или услуг.

Если говорить о стартапах, основанных на разработках современной белорусской науки, то, за исключением нескольких успешных примеров, исследования и разработки не коммерциализируются, потенциал остается не раскрытым. Причин этого несколько.

Во-первых, многие разработки, как выясняется, никому не нужны, так как на рынке существуют более дешевые и удобные решения. Либо проблемы, которую они решают, не существует для бизнеса в принципе.

Во-вторых, в научных организациях и университетах не хватает бизнес-компетенций для вывода на рынок высокотехнологичных товаров и услуг, отсутствует предпринимательское видение.

В-третьих, существуют проблемы с защитой интеллектуальной собственности и стимулами для реализации прав на интеллектуальную собственность.

В этой ситуации требуется «посредники» – специалисты по коммерциализации научных результатов и управлению инновациями. Таких специалистов как раз и готовит Институт бизнеса и менеджмента технологий БГУ на программе магистратуры «Инновационный менеджмент».

– А можно ли научить предпринимательству, либо речь идёт только о вдохновении и менторстве? Если можно, то чьими силами – теоретиков или практиков?

Научно доказано, что предпринимательству или, по крайней мере, определенным компетенциям, необходимым для этой деятельности, можно научить. В одном из своих исследований я эмпирически продемонстрировал, что выпускники БГУ, прошедшие хотя бы один курс, связанный с бизнесом или предпринимательством, с большей вероятностью открывают свой бизнес, чем их коллеги, которые не осваивали подобные дисциплины.

В то же время нет более или менее серьезных исследований, говорящих о том, что «практики» или «теоретики» с этим справляются лучше. Первые действительно могут вдохновить и стать своего рода ментором. Но даже если брать американский опыт, то такие люди, в основном, не ведут учебные курсы целиком, а скорее проводят несколько встреч или менторских клиник, рассказывая о своем опыте и давая советы, создавая модель для подражания.

Вторые же, при должной подготовке, способны выстраивать образовательные траектории, при прохождении которых шаг за шагом у студентов формируются необходимые знание и компетенции.

Я склонен считать, что сначала должен идти мотивирующий и вдохновляющий блок, который позволил бы обучающемуся понять, зачем изучать последующую «теорию». Формат «лекция-реферат / тест-экзамен по билетам» не соответствует задачам обучения предпринимательству. Студенты и слушатели должны быть вовлечены в разработку проектов, которые могли бы быть реализованы или даже выполнять практическую работу по выводу нового продукта на рынок существующей компании при ее поддержке.

Поэтому теоретики и практики должны объединять свои усилия для того, чтобы вырастить новое предприимчивое поколение.

– Как Вы относитесь к идее абсолютно самостоятельного бизнес-образования? Что думаете о мысляъ Джоша Кауфмана, изложенных в его книге «Сам себе MBA»?

Самостоятельное образование – это ключевое звено в концепции образования в течение всей жизни, к которой мы пришли в настоящее время. Возникает простой вопрос: какова эффективность такого образования и как его организовать?

В то же время, диплом МВА, как и любой другой диплом, не гарантирует успеха в бизнесе. Да и образование бывает разным: не секрет, что как в нашей стране, так и в России и Украине под аббревиатурой МВА можно получить совершенно разный уровень бизнес-компетенций.

Разница между обучением, пассивно транслирующим знания, и интерактивным обучением, использующем современные технологии и консалтинг преподавателей-практиков, огромна. Приобретение новых значимых компетенций – это очень трудная работа. Действительно, ее можно делать в одиночку, затрачивая огромное количество времени. Но без качественного бизнес-образования в различных его формах (от МВА до повышения квалификации в какой-то определенной форме бизнес-управления) во времена неопределенности и постоянных перемен нельзя. Как уже говорилось выше, среда в университете или бизнес-школе имеет важное значение для развития управленческих и предпринимательских навыков и компетенций.

Менеджер или управленец, который ставит только на самообразование, рискует потерять и время, и деньги в поиске, анализе и систематизации нужной информации и знаний.

– Наши молодые учёные и выпускники нередко жалуются:

…разработки поддерживаются слабо из-за нехватки денег…

Проблема, особенно актуальна в нашей стране. Нужно искать альянсы, вступать в кооперацию с зарубежными партнерами, участвовать конкурсах стартапов и т.д.

С другой стороны, для того чтобы разработка была поддержана, за ней должна стоять целеустремленная, опытная команда, которая умеет свой продукт и услугу презентовать, причем не только техническую сторону, но и бизнес-модель. 

…ВУЗы не стремятся монетизировать потенциально успешные проекты дипломных, кандидатских и докторских работ…

Вузы не стремятся монетизировать, так как не умеют это делать. И это касается многих научных организаций, так как в стране не хватает специалистов в области инновационного менеджмента.

…государство в лице ВУЗа часто забирает себе львиную долю в коммерчески успешной разработке и основные права на неё…

Это от нашей безграмотности. Нет стратегического видения и понимания того, что «профессиональные» предприниматели с большей вероятностью могут сделать разработку коммерчески успешной, а вузы могут получать от этого серьезный доход, как это реализуется, например, в США.

Ощущается и нехватка специалистов по управлению интеллектуальной собственностью, к подготовке которых и собирается приступить в ближайшее время наш институт.

– ИБМТ БГУ работает на рынке бизнес-образования ровно 20 лет. Какой вклад реально внёс Институт за это время, в развитие бизнеса в Беларуси?

ИБМТ БГУ – один из признанных лидеров в области бизнес образования в Беларуси.

За 20 лет успешного развития институт внес значительный вклад в развитие практики управления национальной экономикой, реализацию стратегии устойчивого социально-экономического развития государства. ИБМТ БГУ подготовил для белорусской экономики свыше 12000 специалистов в области бизнес-управления.

Сегодня Институт реализует более 30 образовательных программ, а число обучающихся достигает 3000 в год. Среди образовательных программ – программы по 3 специальностям высшего образования, 6 специальностям магистратуры, включая программу МВА, 13 программ переподготовки управленческих кадров. С 2007 года Институт является национальным координатором Совместной белорусско-немецкой программы подготовки управленческих кадров белорусской экономики.

В рамках проекта уже прошли подготовку и стажировку в Германии на профильных предприятиях более 400 менеджеров, представляющих белорусские предприятия различных форм собственности.

Институт является единственным в стране учреждением высшего образования, реализующим англоязычные образовательные проекты -  магистерскую программу МВА и подготовку по специальности первого высшего образования «Бизнес-администрирование». Программы обеспечивают для национальной экономики подготовку менеджеров в сфере бизнеса в соответствии с международными стандартами.

Выпускники института возглавляют сейчас ООО «Алютех Инкорпорейтед», ОДО «Астотрейдинг», ООО «Бионорика», ИП ЕПАМ Systems и другие известные организации национального бизнеса.

–  Работает ли ИБМТ БГУ со стартапами? Если да, то как? Если нет, то планируется ли такая работа?

Многие студенты выбирают ИБМТ БГУ именно для того, чтобы начать собственное дело. В процессе изучения дисциплин акцент делается на проектном обучение. Студенты вовлекаются в процесс планирования и создания бизнеса от анализа рынка и разработки устава до презентации проекта экспертному сообществу. Из последних примеров, группа наших студентов 2-го курса англоязычной программы «Бизнес-администрирование» уже в рамках курса по маркетингу организовала компанию по food-сопровождению мероприятий.

Мы закладываем понимание того, что предпринимательство – это не только коммерческие, но и социальные проекты, которые наши студенты успешно реализуют. Кроме этого, чаще всего дипломные и магистерские работы представляют собой бизнес-планы.

Положительный эффект на предпринимательскую активность наших студентов имеют встречи в рамках курсов и практики с успешными предпринимателями, особенно с выпускниками. Кстати, наше последнее исследование показало, что порядка 20% наших выпускников открыли свой бизнес, при том, что средний возраст в нашей выборке составил 25,3 года.

Мы также организуем конкурсы бизнес-проектов среди наших студентов, пытаемся связать их с нужными людьми из бизнеса, чтобы дать толчок развитию их начинаний.

– Кажется, такая структура, как Институт бизнеса и менеджмента при ведущем ВУЗе страны должен не только учить бизнес-навыкам, но и взращивать предпринимательство практически. Например, в собственном бизнес-инкубаторе для стартапов и классического бизнеса. Есть ли планы по созданию такой внутренней структуры?

Мы абсолютно разделяем такое мнение и важной целью видим создание стартап платформы для взаимодействия студентов и преподавателей ИБМТ БГУ, обладающих знаниями и компетенциями в бизнесе с представителями других факультетов БГУ (физический, биологический, прикладной математики и т.д.), которые способны генерировать перспективные технологические идеи, а также бизнес-сообщества, в том числе представленное нашими выпускниками.

Мы долго работали над идеей и концепцией такой структуры с привлечением иностранных партнеров, чтобы она получилась устойчивой и с ее помощью можно было достигать амбициозных целей. В ближайшее время мы откроем у себя Стартап школу при поддержке ОСИБ и постепенно будем развивать ее открывая новые направления: акселерационная программа, программа по социальному предпринимательству.

Считаем, что подобный стратегический подход позволит создать плодородную почву – предпринимательскую экосистему – для развития предпринимательства.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ